Побывать в гостях у однокурсницы по «Сибстрину» тоже стало поводом собираться в дорогу. Со времени последнего транзита в Ханты-Мансийск через Тюмень прошло немало времени, поэтому увидеться с повзрослевшими детьми, познакомиться с её внуками было давней задачей. Потому решительно отказался от гостиницы и заранее оповестил хозяев про предстоящее нашествие шумного дяди Сакена.
За прошедшие четверть века город заметно похорошел: отмечу архитектуру жилья, качество реставрационных работ, благоустройства. Но пафосному ремонту набережной реки Туры высокой оценки не дал бы. Гранитное наследие нынешнего губернатора Москвы, возможно, и было бы уместным для смутных времён, но в дни сегодняшние анахронизм архитектурных приёмов был очевиден.
После ознакомления с конкурсной экспозицией, крепких рукопожатий с коллегами наметили культурную программу первого дня. Понятно, что приглашение на открытую лекцию зарубежного светила не осталось без внимания. Почти все гости фестиваля устремились на это знаковое событие. А важным гостем мероприятия был бывший главный архитектор Барселоны (1999-2008 гг.) Хосе Асебильо.
Местные издания анонсировали следующее: «Испанский архитектор приехал в Тюмень с лекцией. Как узнали в оргкомитете форума «Архнаследие-2024», он расскажет про актуальные тренды в строительстве и урбанистике...».
Выступающий докладывал на английском, суфлёр зачитывала смысловой перевод его речи. Владеющих сносно языком Шекспира архитекторов оказалось достаточно, чтобы комментировать увиденное и услышанное. Общий вывод – старые истины. Важно, ничего из русского для примера обозначено не было. Из ближайших городов он отметил застройку Астаны. Сама Тюмень попала в разряд плохих бессистемных образований и прочее, не заслуживающего пересказа.
Самые ключевые соображения лектора прозвучали в конце слайд-программы. Комментарием к карте Евразии о развитии транспортных коридоров из Китая начали появляться маршруты через Киргизию как вынужденная мера, прозвучали упреки в сторону России, чья территория является препятствием прохождения коротких поставок для потребляющей Европы. Особая досада прозвучала по поводу Северного морского пути, захваченного Россией! Достояние человечества не может быть чьей-либо территорией – доносилось из уст испанского колонизатора. Переводчик уже был не нужен, даже я понял, к чему он клонит, паскуда европейская.
Аудитория проснулась, потихоньку потянулась к выходу. Патриотичные архитекторы не удерживали себя в эмоциях, сравнивая гостя с троянским конём. Откуда, вражина?! – был вопрос к организаторам. Они сами были в недоумении, вспоминая снобизм и капризы важного европейца.
Кое-кто убеждал меня в аполитичности нашего ремесла, творцов музыки в камне. А архитектура не живёт вне политического контекста. Внешнего или внутреннего – не важно. Внешнее восприятие архитектуры современной Астаны, почтительное отношение горожан к архитекторам – тоже часть политической настройки общества. В том числе и на такую матрицу хорошо накладывается русофобия современного Казахстана.
На контрасте: презрительное отношение к архитекторам в Омске. Чиновники и депутаты всех мастей, захватившие право предлагать прожекты, реализовывать свои меркантильные интересы, поощряют изощренное отвращение к архитектуре. Многоголовая гидра бюрократии с интересами властных структур команд временщиков, защищённых репрессивным аппаратом, возлюбила слова «капремонт» и «благоустройство территории». Это их поле творческого шабаша(!) и для ахалай-махалая.
Множество никчёмных проектных групп без архитекторов обслуживают их телодвижения: заполняют нужные графы, собирают тома юридической макулатуры. Молодых архитекторов уже воспитывают рабами властной буржуазии. Некоторые определяются трибунами, вторя бюрократической трескотне о пространствах. Архитекторы, из числа бесцельно проживших в годы созидания, демагогией втискивают себя в новое время, заискивающе следя за трендами.
Кому не лень управляют архитектурой, создали параллельный мир со своими устоями и игроками: алхимиками кадастра, возникшими из ниоткуда экологами, всесильными пожарными службами, специалистами водо- и рыбоохраны, охраны лесов и воздушного пространства, санитарии, даже охраны труда и прочих с ведомственными Конституциями и экспертами. Для всех определены делянки для прокорма (оброка). Охранители памятников тоже отдельная каста. Их принципы на заказ давно известны. Масонские клубы ничто перед закрытым клубом уничтожения культурного наследия России.
Такая вот безрадостная картина нарисовалась, когда вспоминал тюменские события годичной давности, где один западный конкистадор устраивал проверку «на вшивость». Ту проверку архитекторы прошли. Значит, и через архитектуру проходит линия фронта за будущее страны. Как в литературе или в кино. После трёх лет СВО понятнее тезис: всё, что наблюдаем сегодня в части утилизации наших городов, в сущности, плод европейского пути с российской спецификой. Это как пресловутая «Болонская система» в образовании. Дорого, и непродуктивно.
Пора заканчивать такой управленческий вертеп! России нужна архитектура как профессиональное искусство. СВО – это и про архитектуру тоже, она про осмысление высокой миссии нашего народа – народа-Победителя!
Архитектор Сакен Хусаинов, 30 сентября 2025г.
