Горят во мраке огни СИБАКИ

Горят во мраке огни СИБАКИ

В защиту музея и сайта «Огни СИБАКИ» Олега Милищенко

Название сайта, как и одноименного журнала, происходит от строчки из студенческой песни 1930-х годов «Горят во мраке огни СИБАКИ».

Вернувшись из глубины десятилетий, эта короткая, но необычайно емкая фраза приобретает иной смысл.

«…Играл оркестр из числа ленинградцев, заглушая крик играющих мальчишек; танцы среди кленов. Вокруг центральной части цветника и парка с фонтаном, по дорожкам и по контуру, на клумбах и газонах росли прекрасные георгины…

Даже во время войны это великолепие поддерживалось: по дорожкам гуляли работницы оборонного завода, отдыхали после смены…» [Из рассказа Г.Л. Долгушина]

Первый номер «Огней» увидел свет 18 мая 2008 года. Архивные документы, научные статьи, критические заметки, литературные произведения сотрудников, студентов и ветеранов ОмГАУ, а также редкие фотографии из музея ОмГАУ и личных фотоархивов сотрудников с тех пор размещаются на его печатных и электронных страницах непрерывно…

А ведь когда-то на этом невысоком холме было пусто (левый верхний угол плана Фермы Омской школы волостных писарей, 1861-1887 гг.; современный вид со спутника), за тремя оврагами, с вершины которого открывается величественная панорама Левого берега, до самого Иртыша – хоть шаром покати!

Но вот звенит колокольчик на столе председателя – в начале прошлого столетия, машинистка приказ выбивает дробью на «Зингере»:

«…Городскому Управлению … предложено ассигновать на институт 10.000 рублей, чтобы впоследствии не было нареканий, что высшее учебное заведение было отпущено благодаря скупости Городского Управления…» [«Огни СИБАКИ», №10: Как это было. Из доклада А.Н. Гладышева. 1914 г. ].

А как радостно встречали решение о постройке корпусов работники училища.

«…Перед закладкой здания приезжает много извозчиков с народом. Приезжают губернатор (Акмолинской области) и вице-губернатор с лентами, чиновники с саблями, 4 священника, 6 дьяконов. … Когда кончилась служба, то в роще состоялось застолье. В роще, где сейчас кладбище, были привезены и накрыты столы…» [Воспоминания Марины Семеновны Платоновой. Строительство главного корпуса]

Вот таким выглядел главный корпус по плану, и если бы не Первая Мировая война…

Угадываете пропорции – ровно половину задумки освоили!? А как масштабно проектировались в прошлом, в глухой сибирской провинции, учебные корпуса!

«Столы были покрыты белыми скатертями, на них стояли шампанское, красные вина, лежали виноград, яблоки, колбаса, разные закуски. Пиво было в бочках, работали буфеты; стояли стулья и скамейки. Все сели, налили вино, затем все встали, крикнули стоя «Ура!» и выпили. Вице-губернатору и губернатору подали лошадей. Они уехали первыми…». [Воспоминания Марины Семеновны Платоновой. Строительство главного корпуса]

В Интернет-сети множество сайтов и порталов при образовании и рядом с ним. Фильмы, презентации, регалии и достижения – пестрота неописуемая.

Но сайт «Огни СИБАКИ» Олега Милищенко и энтузиастов вуза – эксперимент во времени, синтез истории и образования – интерактивная среда с глубинным встроенным журналом редчайшего научного мастерства – рационален, прост, доступен каждому любителю культуры и красоты, любой специальности или профессии – агроному, историку, юристу...

Потому как начинается он – от вековых сосен, посаженных в 1902-1903 гг., что качают кронами зимой и летом вдоль Красного пути.

Шумят великаны столетия о ней, о той, которой посвящал свои дела и мысли планировщик этой дивной аллеи Л.А. Сладков, создавший уникальное творение лесопаркового искусства в виде зеленой полосы из посадок березы, сосны, тополя и других пород.

«…Это было в тихий майский вечер после знойного утомительного дня. Такие ласкающие вечера у нас часты…

Глаза говорили о доброте, о нежной любви и о невозмутимой уверенности, что жизнь хороша только для того, кто добр и способен любить. Глаза опять говорили о чем-то знакомом, давно прошедшем, почти забытом…»

[Лев Александрович Сладков, Семейная хроника]

Листая страницы сайта-музея, мы торопимся вверх по тропинке, туда, где на пригорке видны серые на снимках, но поныне – алые кирпичные дома профессуры, а над ними возвышается, что крепость – огромный корпус, чтобы понять стремления неутомимых и целеустремленных предтеч, элементы студенческого бытия.

Смотрим на вековые фото – и верно, клубится над вузом дымок…. Пахнет сытно. Бегут по корпусам, жуют студенты на ходу, торопятся – учиться надо.

«…Жизнь в институте имела своеобразный характер: при отсутствии дров и угля почти во всех комнатах, в которых жили студенты, были поставлены железные печки, трубы от которых были выведены в окно… Сверху этих «буржуек» ставились сковородки, на них жарили конское мясо, картошку, в чайниках кипятили чай, дрова доставляли по очереди. Вокруг печки располагались студенты или знакомые посетители, одетые в шубы, а нередко на руках были рукавицы. Начиналось хоровое пение, оно всегда производило возбуждающее впечатление, вселяло веру в свои силы…» [А.З. Ламбин].

Мы никогда не услышим, не узнаем, о чем говорили в этих стенах профессора и студенты, но случайно прочитаем их мысли, оставшиеся на века…

А что это за публика, которая постоянно мелькает на старых фото, да и теперь шумит, столпилась у первого корпуса…

Да, ведь это он, Петр Людовикович Драверт, геолог и «страстный охотник за метеоритами», прямо с каменного крыльца читает очередной студенческой волне проникновенные и неподвластные времени стихи, они льются – прямо из камня, беззвучно облетают с пожелтелых страниц, уносятся в аудитории:

 

И вот украшен мрачный кабинет.

Средь раковин, костей и мёртвых минералов

Расположился пламенный букет,

Затмив своей красой холодный мир кристаллов.

 

Я не грущу теперь в моём уединеньи:

Цветы поют о жизни молодой,

Идущей неуклонной чередой

В труде настойчивом и светлом вдохновеньи.

 

А в очертаньях каждого цветка

Всплывают юные и вдумчивые лица,

Порой мелькнёт в изгибах лепестка

То бровь знакомая, то локон, то ресница.

[Письма П.Л. Драверта. Сибирские огни, 1969, № 8.]


Из глубины веков от стен здания сочится музыка, порывами доносится негромкое пение…

Звуки заглушают говор восхищенных стихами студентов, шум деревьев и шелест трав, нарастая, становятся ярче и звонче…

Музицирует и поет со своей семьей Яков Васильевич Шебалин.

«…Церковь была встроена в учебный корпус.

Третьим старшим воспитателем был Яков Васильевич Шебалин, он руководил всеми кружками художественной самодеятельности, играл на пианино и скрипке, сам имел хороший голос (баритон)‚ управлял на школьных концертах хором и был регентом церковного хора.

… Яков Васильевич Шебалин имел со своей женой двух дочерей и сына Виссариона, рожденного в 1902 году. Это был бледнолицый юноша, среднего роста, учился в городе, в 1-ой мужской гимназии (в Омске было две) и в музыкальной школе». [Воспоминания Назаренко В.В.].

Эти события донес до памяти вуза, и передал, со слезами в голосе, ветеран:

«… Учебный корпус №1 и всю территорию я называю своей второй родиной и стремился почаще посещать ее, но это мне удалось лишь в 1966, 1978 и вот, те-перь в начале июня 1982 г. Здесь я получил огромную радость от посещения Музея истории Омского с.-х. института им. С.М. Кирова‚ в котором показан и далекий период существования Омского среднего сельскохозяйственного училища, и стремительный период развития Омского с.-х. института…

…Мое пребывание в училище в течение двух лет с 1916 по 1918 г.г. держится в моей памяти светлыми ореолами. Знания, полученные в те юношеские годы, часто используются и теперь, в старые годы…»

[Воспоминания Назаренко В.В.].

И не окажись рядом с ветераном профессионала-историка, не поклонись ему администрация, и не было бы этих слов. Многие экспонаты в ту пору – 70-е и 80-е годы еще – таковыми не были… Статуи гранитные, знамена, фотографии – встречались по библиотекам, аудиториям в стендах, уголках, газетах. Уважение к истории подчеркивали, оберегали – передавалась студенческим поколениям, исполнялась эта традиция неукоснительно.

«Вот пойду к Милищенко» – еще недавно было у ветеранов на слуху: «Отнесу студенческие фотографии, вдруг пригодятся?».

Простите, куда же придет сейчас ветеран, если от музея пустые коридоры остались? Кстати, бывали у могучего образования времена и сложнее, чем сейчас…

«В 1923 г. страну постиг сильнейший экономический и финансовый кризис. Денег на содержание большинства вузов катастрофически не хватало…» [Огни СИБАКИ, №1: Юбилеи].

Но славные ученые известнейшего вуза всегда с оптимизмом в будущее, точнее, в самое небо смотрели, тайны Вселенной постигали…

«В 1923 году в парке перед главным корпусом под руководством профессора Н.Д. Павлова была организована первая в губернии астрономическая обсерватория, которая в пятидесятые годы была расширена и стала называться Астрономической площадкой. Там проводились занятия по геодезической астрономии. С 1925 году она была включена в сеть важных наблюдательных станций АН СССР и взята под охрану закона. В июне 2007 года ее снесли...» [История СИБАКИ: По старым улочкам СИБАКИ: Публикация]

Профессия историка – казалось бы, самая мирная, спокойная. История – она не то что бы сейчас, на глобусе, а далеко, еще дальше, чем Луна, Сатурн и даже космос – в прошлом… Так почему же по всей стране вакханалия идет – срывают с места тихих, без рубля, незаметных специалистов, громят музеи… А ведь историки, летописцы на Руси – издавна самые грамотные и смекалистые, кропотливые и дотошные подбирались.

Звоню, рву трубку – как же так… Заступитесь, ветераны, за Олега, хоть голос отдайте… За родные, студенческие снимки свои, за корпуса вековые?!

А мне из трубки в ответ: «Апч… хи…С музеем все в порядке… А кафедра новая – какая мощная! Философия и правоведение… Она – во всем разберется!».

Да где же это видано, чтобы ветераны – «в музей на кафедру» ходили? На кафедры только двоечники с музейными хвостами ходят, челом бьют, и мажоры из Великобритании. Две кафедры было, две! Философии и управления, не чета двойной, и каждая, заметьте – с тысячным потоком ног! Две глубочайшие дисциплины и в уме – никак не умещаются…

Был такой случай, когда великий император Марк Аврелий, управленец-философ на троне, подарил древнему Риму еще полсотни лет спокойной жизни благодаря разумному правлению. Но это – исключительное явление, тем более – в Италии, а у нас – Сибирь! Где же и на какие ставки в образовательную империю для молодежи таких гениальных повелителей набрать?!

Чудная наука – История, в ней хранится не все подряд, что приключись вчера, а только самое-самое главное, а иногда – и вовсе непредсказуемое!

Вспомним, как прежде город Омск величали не иначе, как «город-сад», и городу в том, как и ОМСХИ-ОМГАУ, то есть исторически, явно архи как везло!

Со всех сторон съезжались по визитной карточке гости-иностранцы, дивились чуду, внимая очередную притчу омскую:

«…В некотором царстве-государстве, у рощи Загородной озерцо было просторное, и подходило оно к самому пути Красному... И заблудилась в небе ясном пара птиц изящных – с белоснежным пером. Полюбилась им вода хрустальная в пруду глубоком – под шелест шин и топот ног…

И потому летят они, те белокрылые птицы, снова и снова в дивный город-сад. Летят сквозь рокот сеялок, шум строек, сквозь пары аммиака и циклопентана к нам, чтобы наслаждаться его волшебной, зеркальной водой, обнявшись на пруду…»

И это значит, что в городе чудном, изумрудно-зеленом нашем – не просто «так себе…»

Сказать не будет точно – «хорошо!»

А просто ЗДОРОВО!!!

Но и сегодня – в Вечной Стране тополей и кленов, цветники – газоны да лавочки – живописней прежних. А вывески той – нет!?

Визитной карточки нет, истории, лица, легенды – сада нет… Забыла его История – две белые птицы, летящие по небу… И ныне город Омск – промышленно-аграрный, одинокий на равнине и безликий монстр! Забыт и музей аграрного, уходят историки на передовую.

А электронные «Огни СИБАКИ» – днем и ночью над городом сверкают, к великому будущему зовут, память обжигают.

Видеть и мне их близко приходилось – огни эти, только наяву. Не скрою – при славном вузе в далекие 80-е большую должность я имел – долгими морозными ночами картошку охранял... Над сторожкой ветер воет, поземку с поля метет… Рядом – лес гудит, а над кронами – светятся, мерцают огни общаг… Каждое окошко – на свой лад, иное – так до самого утра. Учатся студенты, день короткий, пишут курсовики, рефераты, дипломы строчат… Над крышами – звездочки телевышки алые, и еще выше – Большая медведица, беззвучно проплывает над полями и учебными корпусами в ночи… Далеко огни, но почему-то от них и мне, и картошке – спокойно и тепло.

Бросаю картошку и светлые воспоминания, бегу по Интернету, в окна стучу, письма пишу: «Руки прочь от музея! Остановитесь, погромщики». Хоть кто-нибудь, отзовитесь! Спасите эти драгоценные картинки, которые по полочкам особо опасный ныне историк для обозрения разложил! А жизнь в ОмГАУ обычная. Мчатся мимо корпусов автомобили. Асфальт, горячий от множества шин, сияют и слепят витрины, спешат по корпусам студенты – моих эмоций, амбиций и забот не замечая. И на страницах сайта – мгновения прежние неторопливо катятся…

Математически точна, многогранна и неповторима летопись ОССХУ - СИБАКА - ОмСХИ - ОмГАУ в проекциях научного творчества Олега Милищенко – переплетаются события из прошлого и настоящего – в новый виток…

Простор полей, великолепие архитектурного ансамбля, «полет» во времени учебных корпусов, парковая зона, стадионы, стрельбище…

Заповедные уголки, рощицы, мостики…

Велик и необъятен старейший вуз – с крыла самолета. Кружится в ясном небе, гудит аэроплан – оберегая его покой, перед самой войной, со скрытого в полях аэродрома.

Бережно и скрупулезно, десятилетиями собирали историки эти бесценные знания, снимки и карты, свое отношение к фактам, событиям, мечтам и заветам ветеранов.

Что скрывают густые рощи, лесные массивы веками – до сих пор не исследовано. Тайны лесных оврагов, которые на старых картах глубоки, а сейчас – почти незаметны.

Торопится Олег, спешит перевести на электронную память – до своего ухода – душевные, драгоценные строки, которые хранились где-то глубоко, у самого сердца ветерана:

«…Каша кипела и булькала в какой-то странной посудине. Где-то у вокзала папа нашел кусок жести и смастерил незамысловатую плошку. Руки у него были золотые, а инструменты он взял с собой, собираясь в трудовую армию.

Тогда, в 1942-м, я и подружка восприняли это как должное – как же, раз папа, значит, должен покормить свою голодную дочку-студентку. Не слишком задумываясь, мы набросились на горячую, необыкновенно вкусную кашу.

Став взрослее, я много раз вспоминала своего отца и удивлялась, каким он оказался находчивым, умелым и ответственным в ту печальную годину нашей встречи и расставания, как он любил и жалел меня. Не раз я рассказывала об этом поступке отца нерадивым студентам, заканчивая словами: "Вот каким должен стать каждый мужчина-отец! "»… [Елена Брониславовна Допиро]

А куда же, они, историки, потом? На передовую? Такое впечатление, что где-то мы такое «уже проходили». Очнитесь, историки, пакуйте чемоданы! В эмиграцию, Цюрих – Ваш черед…

Над суровыми корпусами ОмСХИ – очередная веха, бесконечно счастливая страница:

«Тот день, девятое мая, был великолепно весенним, сияло солнце, было необыкновенно для этого времени, по-летнему тепло, клёны в парке расцвели, на берёзах проклёвывались листья. На митинг возле Старого корпуса собрались все от мала до велика, люди целовались, обнимались, плакали… В тот день заложена была в парке Аллея Победы - высадили два ряда молодых липок, я помогала дедушке, придерживала стройный саженец…. До позднего вечера в парке было гулянье, музыка, смех, танцевали, и мы, дети, не хотели уходить, когда стемнело, при необычно ярком свете всех фонарей было ещё веселее; потом долго-долго не могла заснуть, прислушиваясь к голосам, звукам вальса, думая о том, какая жизнь теперь начнётся» [Галина Мушинская, http://vomske.ru/blogs/7814-9_maya_1945_goda/ ].

 

Нет, нет, постойте – этот джентльмен за компьютером у окна, который строчит и строчит свои непонятные параграфы, прямиком с запретных архивов – не исключено, особо опасен в сети и за ее пределами, что там по нему в картотеке?!

«Милищенко Олег Анатольевич – историк-краевед, археолог, нумизмат, исследователь истории населенных пунктов Омского Прииртышья XVI-XVIII вв., экскурсовод по архитектурно-парковому комплексу ОмГАУ (включая бывшую городскую часть), коллекционер. В 1990 году окончил исторический факультет ОмГУ. Участник ряда археологических и краеведческих экспедиций и походов (1974-2017 гг.). С 1997 года заведует Народным музеем истории ОмГАУ.

Автор ряда статей по краеведению, истории, нумизматике, в том числе по ис-тории Омской «Нахаловки», строителях и деятелях Сибирского института сельского хозяйства в Омске, денежному обращению на простейшем рынке Сибири, монографии «Монеты и жетоны как датирующий инвентарь позднесредневековых поселений и могильников (на примере бассейна реки Тара») [2005 г.], составитель и редактор реферативного журнала «Огни СИБАКИ» (2008-2012 гг.), соавтор и разработчик электронных ресурсов «История СИБАКИ» и «СИБАКА сегодня» (с 2009 г.), охватывающих историю Омского сельскохозяйственного института имени С. М. Кирова: от Омской молочной школы до Омского ГАУ (1903-1994 гг.). Член Омского отделения ВООПИиК с 1978 г.».

Повторите, пожалуйста, последние строчки из многотомного электронного дела… Да это тот самый, который зажег «Огни СИБАКИ»?! В Цюрих захотел? Догнать немедля! В кутузку его!

Швыряет ветер недописанный листок. Стучит, не умолкая, «Зингер» лет сто назад, уже по пустоте. И мнит себя, от самолюбия в веках, очередная административно образованная номенклатура, что прилюдно авторитета-историка за дверь выставила, челядь свою потешила.

Никак не внемлют они, что где-то, в недостижимой электронной высоте, полыхают ярче и ярче «Огни СИБАКИ»! Ведь без музеев и истории, в культурной тьме у специалистов сведущих, образования и старейшего вуза – диагностика одна: вяло текущая деградация… Стройными рядами пошли в народ из широко распахнутых дверей десятков омских университетов первые специалисты и учителя Нового света, с документами и грамотами в канонах и тарифах ФОСов… Но дети их – явно не поймут, глаза таращат – чудны евроучителя для поколения. Хоть и вещают юные педагоги быстро, красиво, бесподобно.

Заморские тату на локтях классам демонстрируют, в стиле рэп параграфы диктуют – да ритмы не те и картинки не в моде. И устарели они с тату безвозвратно, очумели от «лайков» в век атомных технологий – автомобиль не в тему, андроид – «беспонтовый»… Но дети их, как повелось учителей на Руси, любят и до слез жалеют страшно, называя как можно ласковее – «Жертвы ЕГЭ».

Открыли новые преподаватели недавно и в ОмГАУ капсулу в стене, отколупали, чтобы до истины докопаться, что они – евро, и круче всех. И посмеялись, конечно, над древним коммунизмом, в замену достойную флэш-носитель для потомков замуровали – с речами на тысячи тугобайт.

Только я никак не понимаю, зачем для славной истории вуза нашим будущим, прямым, по образованию, потомкам, от предтеч – китайская, к примеру, флэш? Они, по этой теме и моде – китайцы, что ли?! А по мне, как бывалому сторожу овощехранилища, под вой словесной пурги – так эту капсулу – назад, в бетон!

И к ней – закваску, простите, записку, в три слова:

1. Светлых мыслей Ваших, предки, не понимаем…

2. Как их достигать, путей нам не ведомо, не знаем…

3. Передаем, от Вас, предки, Ваши ценнейшие тексты в будущее – потомкам для выяснения обстоятельств выполнения принятых Вами обязательств.

Ведь именно они, потомки, будут смотреть на нас с высоты облачных технологий, из космоса, из глубины Земли и все дела и души оценят, оцифруют заново, регалии пропишут.

История, кому – романтика, иному – скукота, а для других – как факел!

Горят Огни СИБАКИ в сети, полыхают, зарницей до небес, не гаснут днем и ночью.


Опубликовано 11 апреля 2019 14:49

Автор Денисов Дмитрий

Комментарии пользователей (всего 2):
Виктор
Хотелось бы узнать причину ликвидации музея. Успешный опыт уничтожения астрономической площадки, вероятно, оказался полезным для ликвидации. Можно предположить, что в дальнейшем может произойти уничтожение-ликвидация самого вуза вместе с комплексом имеющихся зданий и опытных полей.
19 апреля, 19:24 | Ответить
Ольга
Богатая история у этого вуза
18 апреля, 14:34 | Ответить
Добавить комментарий